Хрущёв, Никита Сергеевич: различия между версиями

[[Изображение:Khruchov portret.jpg|right| Никита Сергеевич Хрущев]] {{TOC-right}}

'''Никита Сергеевич Хрущев''' (псевдоним в партии '''Хрущ''', известен также как '''Никитка-Разрушитель''', '''Никита-Кожемяка''', '''Царь Никита-Кукурузник''', '''Лысый Член [Правительства]''', '''НСХ''' (не путать с [[ВСНХ]])) — третий правитель [[СССР]], член секты [[джедаев]], повелитель острова Дураков, кавалер многих орденов и медалей, изобретатель правого ботинка, почетный хараоон [[капитализм]]а, брат великого анонимного писателя в трёх ипостасях Козьмы Хрущёва; первый человек, научившийся гнать из кукурузы [[водка|самогон]].

Мать Никиты отлечалась злобным нравом и наводила ужас на всю Укурщину. От одного её вида цепенело всё живое. Жители Укурщины прозвали её Кузькина мать (Кузьма — старший брат Никиты Хрущева, оцепеневший в детстве). Только изобретение правого ботинка смогло спасти маленького Никиту от подобной участи.

«Троцкий, собственно, был сыном бумажного фабриканта из Херсонской губернии, — вспоминает сам Н. С. Хрущев („Воспоминания“, М.: Московские новости, 1999). — Бумагу, тогда, знаете, из конопли трепали, — а она ж на юге дармовая. Там он и пристрастился».

«Пришлось затаиться на годы, — пишет Хрущев в своих воспоминаниях, — партия в те годы не терпела инакомыслия».

Наряду с [[кола|пепси-колой]], кукурузой и разоблачением культа личности при Хрущеве впервые вошла в моду марихуана. Собственно говоря, уже в начале 50-х, когда руководителям партии и правительства впервые стал ясен тупиковый путь [[социализм|социалистической]] экономики, Булганиным и Маленковым был разработан интереснейший план.

Схожие эксперименты проводились в то же время в [[Америка|Америке]] — разумеется, и тут Хрущев не устоял против соблазна посоперничать в науке!

В череде советских вождей, предававшимся немалому числу пороков (курение, пьянство, разгулы и оргии) лишь Никита Сергеевич отличался добрым, веселым и покладистым нравом. Не последнюю роль в этом играло и пристрастие Хрущева к конопле. Познакомившись с действием каннабинолов еще в бытность парторгом завода в Марьинке на Донбассе, Никита долго и тщетно пытался донести до Сталина идею о важности легалайза. У него на руках был план экономической выгодности от легализации марихуаны (еще в сороковые он мечтал превратить Одессу в центр мирового наркотуризма!), однако ленинградская группировка Вознесенского, тайно мечтавшая о подобном в Ленинграде, исподволь препятствовала дерзким планам Хрущёва.

Явление же Хрущева стало легким и приятным трипом для всей страны. Милые шутки нового вождя: стучание ботинком по трибуне, активная неприязнь художников-гм… гомосексуалистов, кукурузоводство (кстати, не секрет, что в первые годы активного кукурузоводства между грядами кукурузы высаживали коноплю, — якобы от этого улучшалось качество почвы) — все это воистину казалось оттепелью; после мескалиновых кошмаров Сталина страна впервые вздохнула легко, полной грудью.

«Бывало, выскочит из кабинета, и ну давай петь хохляцкие песни, — вспоминал тогдашний личный секретарь Хрущева, а по совместительству и его сокурильщик, Арсений Новак (Новак А. „Я был секретарем Хрущева“, М.: Советский рабочий, 1997). „Сам курить не любил“ — усмехается Новак.

=== Хрущев и искуство ===

Мы порой забываем, кому мы обязаны возникновению советской эстрады, эстрады, давшей нам Лещенко и Кобзона, Анну Герман и Валерия Ободзинского. Когда заходит речь об оттепели, непременно вспомнят Рождественского да Вознесенского, однако именно в послевоенное, хрущевское время зародился советский шлягер, и толчком к этому стал Фестиваль молодежи и студентов, проведенный в 1957 году по решению партии и правительства.

Советские „тостеры“ провели на Ямайке в общей сложности около 8 лет: события, развернувшиеся на острове в начале 60-х — гражданская война, усугубленная Карибским кризисом (см. ниже), помешала вовремя эвакуировать наших артистов; это стало возможным только после отставки Хрущева, а именно в 1964 году, — однако к тому моменту Видов, в совершенстве овладевший искусством раггамуффин, оказался по сути невостребованным советской системой.

Дело в том, что Фестиваль стал первым случаем столь массового визита чернокожих в страну Советов. Хрущев, в круг интересов которого входило, как было сказано выше, растафарианство, понял, что у этой идеи есть базис, тесно связывающий ее с коммунизмом. Известно, что Хрущев вынашивал идею противостояния капиталистическому миру не только идеологией, но и цветом кожи. Именно для этого было приглашено необычно огромное количество чернокожих гостей; вскоре — а именно в 1960 году — при активной поддержке Советского Союза сразу две дюжины африканских стран получают независимость (с тех пор этот год называют Годом Свободной Африки), а тысячи африканских студентов получают возможность приехать в СССР.

Хрущев активно интересовался освободительными движениями в развивающихся странах, а воззрения странной секты, призывавшей к освобождению черного народа от уз Вавилона, и основанной чернокожим проповедником Маркусом Гарви, изгнанным из США, как нельзя лучше подходили на роль идеологии. Секта эта называлась растафарианство".

Расчет Хрущева строился на изменении расовой ситуации в СССР к 1980 году, когда новое поколение советских людей сможет откинуть узы Вавилона (работу, деньги и прочие материальные привязки) и служить [[Джа]] — сам Хрущев еще с 1956 года стал верным растаманом.

Об этом было известно лишь очень узкому кругу людей; ни сын Хрущева Сергей, ни зять Аджубей не были посвящены в последнюю страсть вождя. Знали о ней только старые, преданные партийцы, многие из которых шли рука об руку с Хрущевым еще со времен Донбасса.

Дредлоки, которые служат символом Завета, ему разрешил не носить Сам Его Императорское Величество Хайле Селассие I, визит которого в Россию состоялся в памятном 1959 году. «Мои дредлоки растут внутрь», — Хрущев оставит эту горестную заметку в дневнике незадолго до своей смерти в 1971 году.

На встрече в верхах Рас Тафарай и Никита Сергеевич обсудили тогда вопросы скорейшего построения общества, основанного на здравых принципах растафарианизма и коммунизма. Интересно отметить, кстати, что именно Хайле Селассие I подсказал Хрущеву идею введения «рыбного четверга» — по преданию, именно в четверг народ Джа отказался от поклонения золотому тельцу. Идея Хрущеву понравилась, тем более, что в стране и вправду начались перебои с говядиной. В будущем было решено перестроить диету советского народа на вегетарианских началах — как то и предписывает растафарианство.

Хрущев поставил перед советской наукой задачу достичь наибольшей высоты полета.

Возвращаясь к истории взаимоотношений Хрущева с наркотиками, нельзя обойти имя Рокуэлла Гарста, айовского фермера, ставшего лучшим другом Хрущева.

Однако Рокуэлл Гарст оставил свой след не только как рачительный фермер-кукурузовод. Другим сельскохозяйственным растением, находившимся под опекой айовского сельскохозяйственного магната, была марихуана. Долго и тщетно лоббировавший закон о разрешении вновь использовать коноплю в целлюлозно-бумажном деле (как известно, запрета двумя десятилетиями раньше добился газетный магнат и бумагопромышленник Уильям Херст, опасавшийся конкуренции со стороны производителей бумаги из Кентукки — там для ее изготовления использовалась конопля), Гарст в итоге отказался от своей затеи и предложил Хрущеву организовать кампанию легализации в СССР.

Об этом Хрущев пишет в своих воспоминаниях, полностью опубликованных издательством „Московские новости“ в 1999 году. Во время дружественного визита в США он имел ряд встреч с профессорами Гарварда, среди которых были Олдос Хаксли, автор романа „Остров“, и смелый экспериментатор с психоделиками Тимоти Лири.

Вне этого контекста будет непонятен знаменитый лозунг Хрущева „Догнать и перегнать Америку“. Концепции Лири — такие, например, как идея о трансформации физических функций в интеллектуальные через 30 лет, а также идеи о метаморфозах функций мозга — все это оказало сильное влияние на советского политика. Громкое обещание построить коммунизм к 1980 году также подкреплялось теоретическими посылками Лири, который смог окончательно убедить Хрущева начать знаменитую авантюру с марихуаной. Для нужд Лири в штате Айова было закуплено несколько сотен тонн семян марихуаны. Сотрудничество с ученым продолжалось практически до того момента, когда в результате внутрипартийного переворота к власти пришла „водочная клика“ во главе с Брежневым.

Несколько позднее, когда Лири начнет испытывать трудности с легальным проведением экспериментов на территории Соединенных Штатов, Хрущев предложит ему политическое убежище в Советской России; единственным препятствием здесь послужила 121 статья УК СССР, грозившая гомосексуалистам уголовным преследованием. Тимоти Лири вежливо откажется (и позднее попадет под колпак ЦРУ, а затем и будет брошен в одну из американских тюрем), так же, как отказался и Уильям Берроуз, которому Хрущев тоже неоднократно выдвигал подобные предложения.

* ''Хрущев Н. С. «Преимущества разделения сортира, ванной, душевой и умывальника»''