Айя-магеста Фаиз Тримахана Абдула-Абдул Азиз ибн-Юханна Мафале Фаиз бинту-Халлама Дохтра Аль-Баллат (латинизированное имя Альмагест Иоанн Доктор Айболит, Almagestus Ioannus Doctorus Aibolitus или просто Доктор Айболит, имя переводится как Многовеличайший, Несравненнейший Трижды Мудрейший, уподобляющийся Великим пророкам Абдуле и Абдулу, Премногопроцветающий Города Баллата) — великий врач прошлого, известный свбёнком в семье. О его воспитании известно мало, только то, что он рано выучился грамоте у местного муллы.

Доктор Айболит

Знакомство с медициной

В семье аль-Баллатов более сорока трёх поколений были торговцами лавашом, поэтому Айя-магеста Фаиз Тримахана Абдула-Абдул Азиз ибн-Юханна Мафале Фаиз бинту-Халлама Дохтра Аль-Баллат готовился к этому поприщу. Но однажны, когда он нёс лаваш из пекарни, он обнаружил странные знаки на обёртке. Оказалось, это были буквы. Айя-магеста Фаиз Тримахана Абдула-Абдул Азиз ибн-Юхаиньи — две части. Смешай и влей в ухо, и больной тут же станет слышать». Айя-магеста Фаиз Тримахана Абдула-Абдул Азиз ибн-Юханна Мафале Фаиз бинту-Халлама Дохтра Аль-Баллат ещё раз удивился. Его мать тогда очень плохо слышала. Айя-магеста Фаиз Тримахана Абдула-Абдул Азиз ибн-Юханна Мафале Фаиз бинту-Халлама Дохтра Аль-Баллат приготовил снадобье по рецепту с обёртки и влил матери в ухо. Он

Практическая деятельность

Приехав в Багдад, Айя-магеста Фаиз Тримахана Абдула-Абдул Азиз ибн-Юханна Мафале Фаиз бинту-Халлама Дохтра Аль-Баллат сразу пошёл в Дом Мудрости на соревнование лекарей. Оказалось, что старики врачеватели из Дома мудрости врачуют все вместе в сто тысяч сот, по воспоминаниям самого Айя-магесты Фаиза Тримаханы Абдуа-Абдула Азиза ибн-Юханны Мафале Фаиза бинту-Халламы Дохтры Аль-Баллчевать в странц Эфиопов.

Научная деятельность

В стране Эфиопов он исцелил многих людей, рабов и зверей, пользуясь всё тем же самым средством, рецепт которого прочитал на обёртке от лаваша. По молитве к Аллаху, это снадобье стало исцелять не только уши, но и всё остальное. Затем он вылил остатки снадобья в море, и оно расступило