Безумные 20-е: различия между версиями

{{Ц|Самое необузданное из всех поколений, то поколение, которое в смутные годы войны ещё переживало отрочество, бесцеремонно отодвинуло в сторону моих ровесников и бодро вышло на авансцену. Их девочки разыгрывали прожжённых львиц. Оно подорвало моральные устои старших, но в конце концов раньше времени исчерпало себя, и не потому, что ему не хватало морали, а потому, что ему не хватало вкуса.|Скотт Фицджеральд «Отзвуки века джаза»|nolink=1}}

'''Безумные 1920-е''' ({{lang-fr|Années folles}} — «сумасшедшие годы») — десятилетие, когда пролетариат расправил плечи и забабахал идею мировой культурной революции, чтобы иметь достаточно много площадок, где всяк рабочий и крестьянка могли учиться танцевать фокстрот на костях капитализма под флейту водосточных труб.  

Царскую интеллигенцию переименовали в «попутчиков», а тех, кто сопротивлялся — в «бывших людей». «Бывшие люди» ходили в потёртых сюртуках и проклинали электрификацию, которая то и дело била их током через плохоприкрученную розетку в коммуналке.

Новые же люди отринули старую чушь и творили новую дичь. Так [[Малевич]] нарисовал «[[Чёрный квадрат]]», и вся страна разделилась на три лагеря: одни видели в этом конец реализма, другие — дыру в художественном бюджете, а третьи пытались повесить картину так, чтобы она совпала с выбоиной на стене. В пролетарских клубах массово рисовали трактор как символ свободы, но трактор почему-то всегда получался похож на ленинский броневичок.

[[Маяковский]] рубил стихи «лесенкой», заставляя читательский навык чтения стихов спотыкаться взглядом. В «Окнах РОСТА» агитплакаты кричали: «Не ругай Первомай! Не пей разбавленный спирт! Попадай куда положено, чтобы не было наложено!» Детям читали новаторского «[[Мойдодыр]]а», после чего они боялись мыться, потому что умывальник может сожрать заживо.

Мейерхольд поставил «Ревизора», где актёры ходили на руках, а Хлестаков был невидим. Зрители выходили в недоумении и требовали вернуть деньги за моральный ущерб от плагиата «человека-невидимки». Кинорежиссер Дзига Вертов утверждал, что «жизнь врасплох — это круто», и монтировал фильмы так, что у зрителей начинался эпилептический калейдоскоп в глазах. А «Аэлита» с её марсианской любвеобильностью заставила советских граждан поверить, что на небе есть красная планета, где нет красных и продразвёрстки. Впрочем, НЭП несколько поумерил мечту обывателей улететь на [[Марс]] собственными прелестными частными торговками горячими бубликами.

В [[Германия|Германии]] Веймарская республика печатала деньги такими пачками, что немцы топили печи связками купюр как дешёвым заменителем хвороста. В кабаре Брехт ходил с галстуком-селёдкой, а актрисы в моноклях пели песни о том, что жизнь — это пошлая дыра, из которой торчат только бритые ноги. Киноэкспрессионизм в лице «Кабинета доктора Калигари» заставил зрителей подозревать в убийстве собственную тень.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

== Народный хит 20-х — песня про жареного цыплёнка без паспорта ==

[[Категория:Культура так и прёт]]

[[Категория:Анимация-реанимация]]

[[en-gb:Roaring Twenties]]

[[eo:1920-aj jaroj]]

[[sv:1920-talet]]