Абсурдотека:Последнее искушение Гераскина

Материал из Абсурдопедии
(перенаправлено с «Последнее искушение Гераскина»)
Перейти к навигации Перейти к поиску
DC-cp.gif


Геракин.jpg
Вы читаете самую полную библиотеку мировой литературы.
Другие страницы…

На правах рекламы: эта страница содержит 0 % текстов Викитеки.

Даже в светлой рубашке и шортах здесь было жарко, а песок забивался в сандалии. Жаль нельзя тëмные очки надеть. А рубашку и шорты в МИВе допустили, для бедных все богатые одежды одинаковы. Пашку она как и планировалось увидела сразу, студент-акселерат изрядно выделялся в окружавшей его низкорослой толпе, он выступал перед собравшейся народной массой, явно получая удовольствие от своего ораторского искусства. Отбившись на время от не всегда долюбливаемой им цивилизации Пашка не замедлил отрастить длинные волосы, а вдобавок был небрит, но хитончик держал чистым и аккуратным. Люди внимали Пашке молча, с самым серьëзным видом, их жизнь была коротка, обычно малоприятна и любое разнообразие в ней быстро собирало народ.

Наступив на острый камень и чуть не схватившись для равновесия за кактус, она подобралась к людям, немного морщась от их ароматов. Узнав Алису в толпе Пашка незаметно подмигнул ей и продолжил:

— Тогда не будет такой несправедливости, рабства, войн, болезней и голода, люди будут летать к небесам и вообще делать всë, что угодно. Взять вон, скажем, вон тот дом покрупнее, — Пашку откровенно несло, — если его разрушить, я за три дня могу вырастить из простого коралла точно такой же.

— Что это ты говоришь? — со старческой хитрецой уточнил у Пашки одетый в хороший чëрный хитон пожилой человек, — а может ты колдун египетский какой?

— Нет, я такой же человек, как и вы. Родился в обычной семье. Правда, — он поморщился, — мать считает, что она в доме святая, а отец вечно там, — Гераскин махнул рукой куда-то туда, где когда-то появится орбитальная станция Юпитера «Гром-9», под предлогом работы на которой его отец обычно скрывался от супруги.

— А не врëшь? — человек всë оценивал Пашку подозрительным стариковским взглядом, — Это когда же всë будет?

— Будет, — уклончиво ответил Пашка, — обязательно будет. Вот, — он показал на Алису, — она может подтвердить. Ещë при еë жизни всë будет. Она уже в детстве работала с дикими зверями в Космозоо.

— Со зверями? И что, не съели?

— Нет, что вы, обожают, ходят за ней. Но до этого ещë много всякого произойдет, говоря наперëд, — и Павел кратко, но ярко обрисовал две мировые войны, разложение и распад социума в начале ХХI века, вездесущие алчность и коррупцию, как Корпорация, подмяв под себя мировую экономику, пыталась установить режим тотального контроля, прикрываясь безумными концепциями управления и культом лидерства, как в последней попытке удержать власть Правление применило ядерное оружие против своих подданных, последствия радиоактивного заражения — эпидемии и отравленные воды рек, как после этого уставшие люди восстанавливали опустошëнную Землю, строя новое общество, как это общество сочли достойным вступить в число миров Галактического Содружества.

Зрители слушали открыв рот.

— Павел, — Алиса, выбравшись из довольно немытой толпы, подцепила Пашку за локоть и оттащила в сторону от заинтересованных масс, — какого здесь происходит?

— Курсовая моя происходит. Именно в это время произошло зарождение христианства, и я решил… Ты из-за Крокрыса? Я сразу доложил в МИВ, что он здесь шарится. Толком и не понял, что ему было надо — предлагал всякую ерунду. Послал его и всë.

— Нет, я здесь из-за тебя. И я читала твою заявку, и знаю, что ты решил. Тебе для этого обязательно надо было наклюкавшись на свадьбе местного вина, догоняться самогоном собственного изготовления? Причëм ты использовал шланг охладителя спаскаба как змеевик. Кто тебе разрешил использовать направо и налево автодок и медпрепараты? Они были исключительно для тебя. Ты вообще думал, что из этого может быть?

— Вообще думал. Ничего. Ничего не может быть. Они все без следа скончаются в этой пустыне. Здесь почти две тысячи лет от зоны повышенного риска. Ты и в восемнадцатом веке спокойно творила, что хотела.

— Я хоть мертвых с могил не поднимала!

— У мужика был обычный летаргический сон. Представь, проснулся, а тебе уже крышка.

— Ты измудрился настроить против себя крупнейшие религиозные партии. Обе сразу!

— Ворчуны эти что ли? Да ну их. Маразматики. Только и могут, что поносить Рим, хотя у самих, откровенно говоря, свинарник.

— Кто все эти люди с тобой?

— Это? Это мои друзья. Они увлечены рассказами об обществе будущего.

— Мда? Ты уверен? — Алиса покосилась на новых друзей Павла. Некоторые выглядели очень подозрительно. — А паëк из концентратов ты зачем им раздавал?

— Они голодные были — жуть. Знаешь какая была давка?

Алиса всплеснула руками.

— Ну ты, Пашка — я понимаю. Но Магдалина, — Алиса ткнула пальцем в подошедшую с виноватым видом Магдалину Дог. Вынужденная заменить таскаемые для солидности роговатые очки на контактные линзы, она выглядела гораздо лучше, — Ты, как ты измудрилась во всë это вляпаться?

— Была неприятная история… Скорее, недоразумение… Я изучала местные обычаи… Вышло так, что меня совершенно неправильно поняли, совершенно неважно как… — она густо покраснела.

— Пришлось еë выручать, — скромно подтвердил Пашка, — собрав на всех немного компромата, при помощи спаскаба. Они быстро поняли. Обожди, Алиска, секунду — я только закончу лекцию, а то неудобно.

Он быстро подскочил обратно к перешëптывающейся толпе.

— И значит, чтобы всë это у вас в будущем было, надо не только вести себя порядочно, но ещë и работать, работать и работать. Без перекуров, в том числе по субботам и воскресеньям. Кто не работает — тот не ест. На сегодня всë.

— А на сегодня им уже больше и не надо, — вздохнула Алиса, прислушиваясь к возникшему шелесту недоумëнного ворчания, — тоже мне, трудоголик нашëлся.

— Ну и что ты на меня смотришь, словно я им рассказал, как после выпускного ты напилась шампанского и купалась топлес на Бронте?

— Ты вообще готовился по проекту курсовой, когда собирался?

— В основных, самых общих чертах… Я ещë одновременно готовил проект усовершенствования технологий МИВ на основе данных о феномене пенелопских собак.

— Хоть скажи, ты другое местное имя подобрать не мог?

— Если честно, другие как-то из головы выпали. А что? Распространëнное имя. Если встречу исторический прототип, будет предлог для знакомства.

— Встретишь, — еле сдерживала злость на друга Алиса, — так встретишь, что мало не покажется. Короче, этой ночью чтобы был на горе Фавор, вон она, — Алиса ткнула в сторону горы рукой, — директор МИВ с Ричардом Темпестом и комиссар Милодар, все вместе, хотят очень серьезно с тобой поговорить.

— О чëм? — насторожился Пашка.

— Сложилось мнение, что дело пахнет очень неслабым хроноклазмом, — мрачно ответила Алиса.

Оставив Пашку в растерянности, она затерялась от любопытных глаз в том, что называлось здесь кущами и нажав «вызов» браслета связи сказала «забирайте одного», от чего растворилась сиянием в воздухе, выловленная захватывающим лучом Московского института времени.

°°°[править]

— Алиса Игоревна? Мы вас разбудили? — Вообще-то да, — выползшая из постели Алиса уселась на свою ногу вплотную к экрану, чтобы прикрытые футболкой грудь и плечи были видны, а голая попа — нет.

На экране был Ричард Темпест с кругами под глазами. За ним с не менее убийственно серьëзным видом маячил комиссар Милодар.

— А мы думали, что все студенты Академии всегда встают ровно в шесть часов утра, — удивился он.

— Это… не совсем так.

— У нас только что окончилось экстренное совещание, — продолжил Ричард, — по результатам разговора с Гераскиным. Он ознакомился с подробностями, будто раньше не мог, и заявил, что так распинаться из-за нас не собирается.

— Но ведь будет обезболивающее…

— Да мы, наверное, всë ему объяснили и про обезболивающее, которое подаст наш человек на губке для питья, и про искусственную кому, и что затем мы его выдернем… Чëрт. Мы ему предлагали медаль, каникулы на Пенелопе с поставленными автоматом экзаменами. Не хочет. Место в межгалактической экспедиции предлагали. Он всë равно не хочет.

— И что теперь делать? — растерялась Алиса.

— Согласно досье ты ему нравишься, — отодвинул Ричарда Милодар.

— Эээ… Вы знаете…

— Знаем.

— Нет, вы понимаете…

— Не понимаем. У нас в досье так написано. И ваши общие друзья это подтвердили. Отпираться бесполезно.

«Предатели», — констатировала Алиса.

— Вы хотите, чтобы я с ним поговорила? А если он и меня не послушает?

— Сделай так, чтобы послушал.

— Как? — резонно уточнила Алиса.

— Ты женщина — тебе видней как.

— Ах вы…

— Алиса, — Ричард оттеснил Милодара, не дав Алисе изложить краткую историю спецслужб, с некоторым негативным уклоном, — вы же понимаете как это важно… Две тысячи лет истории, комиссар лично взялся быть Иудой — а он «я с комиссаром целоваться не буду, что я, гей что ли?». Вот как вы это сами оцените?

— И вы решили, что лучше получится, если он будет вначале целоваться со мной? Всë с вами ясно, — вздохнула Алиса.

Из неë было вырвано согласие, но она всë ещë ворчала, одеваясь перед поездкой в Московский институт времени и, к удивлению ничего не понявшего домашнего робота Поли, грозилась вместо того, чтобы искусить Гераскина, искусать там весь персонал.